Новости России в преддверии 2018 года
3599

«Я бросил всё, взял девушку, собаку – и приехал в Саранск…»

Оказывается, в Саранск тоже приезжают, чтобы найти хорошую работу. Например, как герой нашего интервью, Мансур Низамов, который приехал в наш город после «Стартап Сабантуя». Здесь он работает в Агентстве Инновационного Развития, а в сентябре был организатором конференции для стартаперов «IT-Саранча».

— Расскажи про сферу своей деятельности. Кем работаешь?

— Я занимаюсь тем, что избавляю от фантазий начинающих предпринимателей. Здесь я работаю в Агентстве Инновационного Развития, занимаюсь внешними и внутренними связями, проектами и фоном, который нужно сделать в Мордовии, чтобы люди тянулись к этому, люди старались, что-то делали. Ну и параллельно мы разбираем всякие идеи у ребят, проекты. Я стараюсь донести до них то, что не всё так хорошо, как им кажется на первый взгляд. Когда человек придумывает что-то, он у себя в голове что-то подсчитывает и думает: «О, через пару месяцев у меня будет миллион». И когда ты задаёшь ему какие-нибудь вопросы, он начинает понимать, что не всё просчитал. Моя задача в том, чтобы люди делали меньше ошибок.

— Как до такой жизни дошёл и что сподвигло к переезду в Саранск?

— А чёрт его знает. Тяга к приключениям, не сиделось ровно на месте. По идее я приехал сюда не на что-то готовое, а приехал делать что-то с нуля. То есть до этого были какие-то инициативы в республике по развитию инноваций, и, изучив то, что сделалось, понял, что предстоит ещё много работы. В итоге я всё бросил, взял собаку, девушку – и приехал.

— Расскажи, что ты знал о Саранске раньше, до переезда.

— До весны этого года я вообще о Саранске не знал ничего. То есть, абсолютно ничего.

Знал, что есть такой город только, и всё. Я тогда работал в технопарке в Набережных Челнах. Мы приехали в Саранск в рамках экспедиции "Стартап сабантуй". Вот тогда я впервые и очутился в вашем городе. У нас был очень тяжелый режим, мы переезжали из города в город, а когда ты объезжаешь по семь городов — уже всё равно, где ты сейчас.

— Друзья не стебали, когда узнали, что ты теперь в Саранске?

— Да, стебали. Мне вообще сказали, что я здесь сопьюсь. Ну а я ничего не боялся. Я вообще привык от жизни ничего хорошего не ожидать. Я, можно сказать, бросил себе вызов, приехал и понял, что это вообще классный город. В плане архитектуры, в плане воспитанности населения. Ну, у вас реально круто. Я слышал весной, во время моего первого приезда, как у вас дела обстояли два-три года назад: перестрелки, везде срач…

— Ну, не два-три, у нас уже лет шесть как не мусорят. А перестрелки-то вообще в 90-е только были.

— А ещё я заметил, когда мне нужно было перевезти из Татарстана вещи, собаку и девушку, я поехал на машине с мужиком из Саранска. Так вот, всю дорогу мусор он складывал в пакетик, вообще ничего не выкидывал, говорил, мол, уже приучен к этому. Это очень клёво. Потому что буквально далеко ездить не надо: Ульяновск, Саратов. Мы были в Саратове, там реально жесть, на улицах такая жопа. Ну, в общем, я был удивлён тем ещё, что город застроен. Театр у вас есть, там напротив него ещё фонтан и голуби живут. В общем, мне как ценителю спокойствия и какой-никакой архитектуры этот город более всего подходит.

— А можешь сравнить с твоим родным городом, как с подобными вещами у вас там дела обстоят?

— Со своим родным городом сравнить... Я вообще родился в городе Елабуга. Это очень старый город, где жили древние бугры, они его основали, на мечах дрались там. Реально, городу больше тысячи лет, он процентов на 70 состоит из старых домов. Елабуга вообще очень спокойный город, я его татарской Швейцарией называю.

Там даже жителям реально абсолютно на всё пофиг. Они спокойные ходят, там уровень жизни низкий, зарплаты маленькие, работать негде, а все довольные. Можно за 30 минут от одного конца города до другого добраться. Видимо, из-за того, что я родился в таком городе, во мне осталась тяга к старым зданиям. Меня друзья раньше троллили насчёт того, что я могу полчаса напротив какого-нибудь здания старого полуразрушенного простоять, многие этого не понимали.

— А можешь рассказать, как ты относишься к архитектуре конкретно нашего города? Она у нас не такая древняя, конечно.

— Да в том-то и печаль, я-то думал, что она древняя. Думал, здания просто отреставрированы, а тут оказалось, что здания очень даже новые. Из нового «зацепил» Театр оперы и балета, здание главного корпуса МГУ. Летом я спасался от жары возле фонтана на площади Тысячелетия. Собака довольна, девушка довольна.

— Ты у нас не очень давно обосновался, но можешь описать, как меняется город хотя бы за это короткое время?

— Я здесь пока три месяца, поэтому пока говорить об этом рановато. Дороги поменяли разве что. На самом деле, я пока не увидел плохих участков дорог. Может, просто я далеко от центра не ухожу. Из Саранска выезжаешь — начинается жопа, да. Да и в Татарстане есть плохие места, но у нас очень строгий скоростной режим, везде камеры, так что у тебя два варианта — либо попасть на штраф, либо спокойно доехать. Когда мы за вещами поехали в Набережные Челны, мы ехали километров 180 в час, а как границу Татарстана пересекли – водитель занервничал: как вы здесь живёте вообще, это же бред, я здесь разогнаться не могу даже. Нормально живём, зато аварий мало. Я считаю, это хорошо, я и сам не любитель погонять.

— Ты говорил, что с девушкой сюда приехал, как она отнеслась к переезду, если не секрет?

— Да нормально. В принципе, мы очень похожи. Для нас многое значит какая-нибудь клёвая брусчатка, архитектура, прогулочные места. Работаем вместе. Всё нормально.

— Развлекаетесь где-нибудь?

— Честно – нет. В клубы я не хожу, я не клубный человек. Стандартный день у нас: утром на работу, вечером с работы домой, тренажерный зал, прогулка с собакой, ужин и спать. Ну, по утрам ещё пробежки. У меня. Развлекаемся дома. Один раз в Болдино съездили.

— То есть конкретные заведения не можешь назвать?

— Да здесь их не так много. В центре всё сконцентрировано, так что за его пределы мы даже не выходили. Мы просто не из тех людей, которым постоянно какие-то движухи нужны. Нам проще под деревьями с книгами расположиться подальше друг от друга и читать.

— Из национальных блюд знаешь что-нибудь?

— А они есть? Слышал что-то про медвежью лапу, в принципе, прикольно, но не пробовал. Я немного далёк от культуры местной. Ничего нет такого, что в глаза бросается, кроме шпилей и водки. Когда общаешься с местными ребятами – первое, что они говорят: «Здесь тюрьма и “Pussy Riot” сидели». Думаю, если открыть побольше заведений с мордовской кухней, это очень круто будет.

— А мы слышали, что у вас в Челнах еда невкусная.

— Может быть. Я не могу вспомнить заведения, где можно было бы вкусно поесть. Ну я обычно везде заказывал какую-нибудь лапшу с морепродуктами. Ну, её просто вообще трудно испортить. Но всё же, наверное, соглашусь.

— Давай вернемся к работе. Расскажи про конференцию «IT-Саранча», и что реально полезного произошло, после его проведения.

— Это вторая конференция по счёту, которую мы тут проводили. Для региона, для города это очень важно, большие конференции помогают людей друг с другом познакомить и служат проводником в большой мир, чтобы все знали, чем там занимаются. Не хватает коммуникаций с большими регионами. Я вообще заметил, что привык общаться и решать все вопросы в соцсетях, а местным ребятам проще прийти и поболтать. В итоге вопрос, который решается десятью нажатиями клавиш, приходится пережевывать по полчаса, по часу. И отсюда уже можно делать выводы, что ребята доверяют только личным разговорам. На конференции мы собрали много спикеров из разных городов и регионов.

А насчёт реального эффекта — мы и не ожидали какого-то бума, что появится сто пятьдесят новых проектов. Ничего такого не произошло, и было бы глупо надеяться. Но это подпитка для молодежи, чтобы не пропал интерес к проектам.

Короче, «Саранча» — это клёво и мы будем продолжать делать такие большие конференции.

— Как подружиться с мордвином?

— Как подружиться с мордвином? (смеётся). Для начала нужно определить, мокша он или эрьзя. На самом деле, с мордвином сдружиться не сложно, я пока ничего плохого в этой национальности не увидел, никаких плохих черт, всё нормально.

— Будешь скучать по чему-нибудь, если уедешь из города?

— Я не знаю, не могу сказать. В Челнах я жил два года, ни к чему не привык, в Казани — 8 лет, и привык только к метро и Кремлю. Я не из тех людей, которые привязываются к чему-то. Это с одной стороны хорошо, а с другой плохо. Но больше хорошо, чем плохо. Когда тебе до 30 лет, не стоит париться о местах, к которым нужно привязаться, строить дом, семью. До 30 нужно прощупывать те места, те сферы, в которых тебе комфортно. Надо ездить, надо переезжать. Вернуться никогда не поздно.

— Расскажи, что у вас происходит сейчас здесь в Агентстве Инновационного Развития.

— Одно из основных мероприятий – это стартап-посиделки еженедельные, по четвергам. Туда может прийти любой желающий, посидеть, поумничать, или просто набраться опыта какого-то или найти человека к себе в команду.

Сейчас у меня в планах проводить какие-нибудь доклады, образовалки. Где любой желающий, у которого есть какие-то навыки, может прийти и всем об этом рассказать.

АИР – в целом это стартап, который щупает рынок, щупает людей, потому что нельзя с уверенностью сказать, что в Саранске на посиделки придут 50 человек, а в Саратове — 10. Потихоньку пробуем разные инструменты, стараемся вовлечь людей в эту движуху. Доказать, что это клёво, что этим нужно заниматься.

Это куда лучше, чем по подъездам шарахаться.

Лучшие материалы